Издается в Израиле (Тель-Авив) ● Главный редактор: Ирина Врубель-Голубкина ● E-mail: exprocom@gmail.com

Автор: , 12 Май 2021

РЕТРОСПЕКТИВА


Михаил Гробман

 

К моему выступлению на семинаре «Русская литература после падения коммунизма», организованном Димитрием Сегалом в Иерусалиме 29.3–2.4.1998. Я выступал 31.3.1998.

 

Тезисы выступления

 

Циклы жизни поэзии

Появление обэриутов (вошь Бурлюка, борода Толстого, насекомые-тараканы Олейникова).

Малевич Харджиева. Харджиев: «Он все-таки Крученыха больше всего ценил. Он говорил Хлебникову: «Вы не заумник, вы умник». Нет, он очень ценил Хлебникова, но Крученыха считал параллельным себе – беспредметник и заумник».

Терентьев – выход в Дада. Были параллели европейской поэзии.

Убийство следующего поколения.

Футуризм повис в воздухе

    не побежденный

    не отмененный

    не переваренный

 

С этого времени начались все беды.

Советская власть уничтожила реализм (Короленко).

Отодвинула футуризм.

Оптимистический символизм.

Советский акмеизм.

(слова Смирнова о Гумилеве).

Мрак.

 

1960-е годы

Россия очнулась от беспамятства.

Безотцовщина.

Любовь к дедам, но без влияния и без войны.

(Красовицкий, Сапгир).

Абсурд советской жизни вызывает сюрреализм (не абсурдизм!!!)

Поиски новой работы со словом.

Обращение к примитивизму, городскому фольклору (Холин).

 

Алигер пишет, что в литературных кругах ходило стихотворение:

 

– А где ты был?

– У Маньки спал.

– А что жене своей сказал?

– Сказал, чтоб не было скандала,

Сказал – начальство задержало…

 

Алигер не знала, что это стихотворение Холина, а Заболоцкий услышал это и почувствовал новый язык в поэзии и написал:

 

День и ночь стирает прачка

Муж пошел за водкой.

На крыльце сидит собачка

С маленькой бородкой.

 

Рождение концептуального подхода к стихотворению (Некрасов).

Модернизм (Айги).

Вакуум, но с технической элитой.

 

Параллельно:

реализм Евтушенко;

сдвиг в ахматовщину;

в альковную поэзию;

советский авангард (Вознесенский);

бешеный успех у советской молодежи.

 

Лимонов – позднее – отталкивался от обэриутов.

Пригов – систематизация (Некрасов – Обломов, Пригов – Штольц).

На Пригове закончилась поэзия 60-х и началась профанация достижений Второго русского авангарда.

Писание ни о чем;

поток сознания;

метафоризм;

самолюбование;

стихи как онанизм;

опоздавший модернизм;

мимикрия под авангард и даже под футуризм;

апофеоз маразма – вслед за Швецией русская образованщина коронует Бродского.

Футуризм давно умер, но своей смертью.

 

Моя теория понятного искусства. Даю основные понятия:

непосредственное вмешательство в жизнь, в политику, в общество;

чистота темы, композиции;

ясность намерений;

объективный стиль;

кирпичики ясны, точны, как в стихах для детей;

общая структура стихотворения – многовалентно, многозначно;

ликвидация понятия автора, автор – это герой (пример – Уитмен).

 

Из дневника 30 марта – 2 апреля 1998

30 марта. Тель-Авив – Иерусалим. Утром на нашей машине с Иркой и Сашей Гольдштейном выехали в Иерусалим. Международный литературный семинар «Русская литература после падения коммунизма», организованный Димой Сегалом. Выступление. Много знакомых.

31 марта. Тель-Авив – Иерусалим. Опять ездили в Иерусалим на семинар с Иркой и Гольдштейном. Познакомился с Михаилом Гаспаровым (подарил ему свои «Военные тетради» и «Зеркала»). Знакомство и беседа с Андреем Немзером. Знакомство и беседа с Галиной Белой. Знакомство и беседа с Райнером Грюбелем, профессором из Германии. Познакомились с Толей Найманом. Я читал свой доклад о непохороненной мумии футуризма. Европейские профессора сидели в первом ряду и записывали за мной. Найман в своем докладе потом отметил мое выступление как свежесть. И Владимир Новиков упомянул меня несколько раз в своем докладе. Местная литературная публика фыркала и возмущалась моим выступлением – уж больно неожиданный ход мысли. Вечером Александр Жолковский отметил, что я все время говорил «мы». Я и Саша Гольдштейн дали примеры из 20-х гг., когда и литературоведы строили литературу, и работа во многом была коллективной. Так и группа вокруг «Зеркала».

Вечерние беседы с людьми, Сегал Дима и Нина Рудник, Танька Корнфельд и др.

 

2 апреля. Тель-Авив – Иерусалим. С Иркой и Сашей Гольдштейном выехали на семинар в Иерусалим.

Лекция Лены Толстой – банально. Лекция А. Немзера – он сильно отстает от современной литературы. Лекция Саши Гольдштейна – блистательно.

Беседы вечерние: познакомился с Борисом Успенским и Таней. С Иркой и Гольдштейном беседовали с Михаилом Гаспаровым, ему понравились мои стихи, но мне не понравилось, что для него как Пастернака давать в пример, так и Твардовского – равнозначно. Саша Петрова охотилась за Гаспаровым – это ее репертуар. Разговор с Ромой Тименчиком и с Мишей Вайскопфом и Леной Толстой, которая говорила о выгодности быть при авангарде (они с Мишей где угодно найдут причину для зависти). Толя Найман, как и Лена Толстая – против авангарда.

Был круглый стол – я против Наймана (опять об авангарде), Игорь Смирнов после меня выступать отказался, мол, все сказано.



Ваш отзыв

*

  • Свежие комментарии

  • Популярные статьи

    • Не найдено
  • Облако меток