Издается в Израиле (Тель-Авив) ● Главный редактор: Ирина Врубель-Голубкина ● E-mail: exprocom@gmail.com

Автор: , 28 Мар 2011

СТИХИ


Михаил Гробман


* * *

Все люди вымерли

Остались лишь растения

И на челе земли густые наслоения

Куриных косточек сухих собачьих мух

И бледные следы злопамятных старух


Все люди вымерли

Исчезло человечество

Разбогатело рыбное отечество

Дельфины плещутся никто не бьет китов

Закончился смертельных лент улов


Все люди испарились навсегда

Большие птицы заселили города

Животных мелких тьма

В лесах полях и реках

Такого не бывало в человеках


Олени ветверогие стадами

Себя ласкают жвачными трудами

И волки лаконически поют

И белки по орешнику снуют


Лишь только крыс клубок

Взобравшись на кровать

Мечтает гомо сапиенсом стать


Пройдут века

Бог глянет одичало

И на земле начнется все сначала.


9, 10, 20 октября 1997 года

Тель-Авив

№ 650


* * *

Червячок с большими крыльями

Под названьем баттерфляй

Ты улыбками умильными

Кого хочешь завлекай


А я воткну в тебя иголочку

Прилеплю на белый лист

Положу твой труп на полочку

Потому что я садист


3 июня 1998 года

Тель-Авив

№ 653


* * *

Я помню Ниночку Боброву

Ее волшебное руно

Теперь наверное в корову

Уж превратилася давно


Мы на дворовой танцплощадке

Крутили танго нежных тел

Из радиолы голос сладкий

Нам про улыбку Мишки пел


И в этой юности всесильной

Которая давно сплыла

Невероятно сексапильной

Боброва Ниночка была


Ах как любил я эту Нину

Ее прелестное бедро

И губ прекрасную малину

И сердца детского добро


Но все прошло как дым весенний

И только в памяти моей

Остались круглые колени

Подобьем белых лебедей.


1 ноября 1998 года

Тель-Авив

№ 664


* * *

Что-то стал я небрезгливым

Песни сладкие пою

Даже потным и сопливым

Руку смело подаю


Раздавил говно ногою

Но подошву не обтер

И дорогою прямою

К другу верному попер


Говорит он – Очень странно

Чем воняет от окна

Может из аэроплана

Кто-то высыпал говна –


Я ему не отвечаю

А совсем наоборот

Наливаю чашку чаю

И готовлю бутерброд


Я теперь живу как люди

Я живу теперь как все

Нету пятен на посуде

Нет волосьев в колбасе.


8 ноября 1998 года

Тель-Авив

№ 665


* * *

Там где китайские желтые люди

Череп мартышки приносят на блюде


Там где лежит круглолицее Мао

Запаха воска и цвета какао


Там где густая река Хуанхэ

Режет селенья подобно сохе


Там я гуляю в шелку и парче

Райская птица сидит на плече


В небе колышутся красные ленты

Девушки юные шлют комплименты


Ах комсомолки страны поднебесной

Каждая выросла нежной и честной


Яркий румянец овальных ланит

Даже святого собой соблазнит


С тела я сбросил и шелк и парчу

Чистой любови навстречу лечу.


31 января; 1, 2 февраля 1999 года

Тель-Авив

№ 666


* * *

Какая мощь в крылах орлиных

Когда он может так летать

И без дымов и керосинов

Собою множить птичью рать


Как грозен клюв его еврейский

Картавый клекот горловой

И золотой венец летейский

Горит над острой головой


А там в низу долины бледной

Овечьих шкурок тихий ряд

Не чует этот лет победный

Сквозь облак белый вертоград


Пастух на солнечном пригорке

Лежит и немощен и хил

И только хитрый суслик в норке

В оцепенении застыл


25 февраля 1999 года

Тель-Авив

№667


* * *

Под кустиком сипит безногая девица

И всем дает собою насладиться


На веточке висит бескрылый овцебык

К полету своему застывшему привык


А вот поодаль три безглавых пса

В говне и крови слиплись волоса


Тут революция прошла дурной походкой

Пропахнувшая пивом и селедкой


Тут прокатилась справедливости волна

Свобода на метле неслась обнажена


Тут лысенький юрист такое наварил

И наплодил тьму мерзких харь и рыл


И так уж завелось чтоб в бесконечной сваре

Самих себя терзали эти твари


И расползлись по всей планете бедной

И постепенно стали слизью бледной


А Богу жалкому в его гнилые раны

Вселились жужелицы или тараканы


И он давным-давно ушел от дел

И в высях призрачных опух и омертвел.


4, 8, 12, 14 марта 1999 года

Тель-Авив

№ 668


* * *

Несчастною лапкой змеиной

Дотронься до белых персей

И жертвою яффской невинной

Расстанешься с жизнию сей


Рожден для печали и горя

Ползучей судьбе не соврешь

Ты вырос в пещере у моря

И в той же пещере умрешь


Крылатым копытом железным

Ударит откормленный конь

И станет совсем бесполезным

Накопленный в легких огонь


А я в этом мареве терпком

Эколог злодей-иудей

Рыдаю над клетчатым слепком

Над каменной тенью твоей


25 января 2000 года

Тель-Авив

№ 679


* * *

Ты рыжая нежная дылда

Лежишь на большом тюфяке

Луны голубое повидло

Стекает по узкой руке


Я весь возбужденный тобою

Забыл что женат на другой

И ты мне сдаешься без бою

Откинув простынку ногой


Мы в этом немом упоеньи

Слилися в единый поток

И руки сплели и колени

В какой-то густой завиток


Потом мы распались но снова

Сошлись в этой пламенной мгле

А там мемуаром героя другого

Лежала пустая бутылка спиртного

И рядом горела свеча на столе.


2 марта 2000 года

Тель-Авив

№680


* * *

Мальчик с девочкой лежат

На осеннем сеновале

Там где шорохи мышат

Тихо ушки распластали


Где жужжания шмелей

Так телесны и упруги

Этот мальчик всё смелей

Прикасается к подруге


И она едва дыша

Раскрывается навстречу

Грудь ее так хороша

Так солоноваты плечи


Проникай же проникай

Мальчик в новое сознанье

Пред тобой ворота в рай

С детским миром расставанье


Ты запомнишь навсегда

Запах сена запах счастья

Тайну влажного бедра

Нежность тонкого запястья.


8 марта 2000 года

Тель-Авив

№ 681


* * *

Ее раздели догола

И в грудь ножи вонзили

Вокруг судейского стола

За волосы возили


Ломали косточки её

Терзали каждый атом

Она тонула в забытьё

На топчане горбатом


Когда же встали позади

Штаны свои снимая

Тут музе я сказал – гляди

Сестра твоя родная


16 апреля 2000 года

Тель-Авив

№ 682


* * *

Клубника тянет тоненькие усики

Подсолнух наклоняет черный щит

Наташа снявши шелковые трусики

За огуречной грядкою журчит


Пленера русского простые обстоятельства

Переношу в пустое полотно

Пока его небесное сиятельство

С большою тучею еще не заодно


И вот уже лежим под крышей шаткою

Грудь мокрая твоя скользит к моим губам

За эту кожу бесконечно гладкую

Я без остатка день и ночь отдам


Но не пойму что тайны корнеплодные

Прохладная небесная вода

Подсолнухи и грядки огородные

Уже не повторятся никогда


13 июня 2000 года

Тель-Авив

№ 683


* * *

Там где море беззащитное

Катит на берег прибой

Встретил я тебя элитную

В фазе нежно-голубой


Ты прошла ногами длинными

Оставляя узкий след

А вокруг грибами блинными

Был разбросан пляжный бред


Ты прошла созданье струнное

Вызывая взглядов треск

Декольте твое безумное

Забивало солнца блеск


Ноздри четкие надменные

Поворот еврейских глаз

Обещали непременный и

Окончательный отказ


Ты исчезла за излучиной

Силуэт ушел в песок

А в душе моей измученной

Плачет тонкий голосок


5 июля 2000 года

Тель-Авив

№684


* * *

Мы танцевали в пачке света

Я был одет а ты раздета


Трусы и лифчик на полу

Валялись в скомканном углу


И в продолжительности блюза

Тянула щупальцы медуза


Медуза ночи и тоски

Нас разнимала на куски


Не предназначены друг другу

Мы шли по замкнутому кругу


И в глубине твоих очей

Я был не твой я был ничей


Ты отстранялась темным взглядом

Как будто я уже не рядом


Как будто не моя рука

Тебя касается слегка


И в этом тел расположеньи

Нам оставалось лишь движенье


Автоматический обман

Где истукану истукан


По схеме седенького Бога

Еще промолвит слов немного


7, 8 июля 2000 года

Тель-Авив

№ 685


* * *

Я спал с еврейкой молодой

На пуховой постели

Она раскинулась звездой

Чтоб на нее глядели


А я не сняв своих кальсон

Засунул нос в подушку

И погрузился в мирный сон

Забыв совсем подружку


Она меня толкнула в бок

И я на пол свалился

И очень сильно занемог

И вдребезги разбился


Она тряпичною была

А я был из фарфора

Но с ней меня судьба свела

Для смерти и позора


Смеялись дети надо мной

Нас положили в койку

Теперь ей жить совсем одной

Меня смели в помойку


8, 9 сентября 2001 года

Тель-Авив

№ 689


* * *

Меня волнует дней разнообразье

Когда я Гулливером по холмам

Влачу свое либидо ашкеназье

Для наслаждения невероятных дам


Тут подо мною склоны и ложбины

Лоснящиеся счастья берега

Где задницы перетекают в спины

Где вдаль уходит круглая нога


Остановись на этом возвышеньи

Перед тобой сияет вечный сад

Его замкнули мощные колени

Из парадиза нет пути назад


Лети душа без мелочной печали

Ликуй и смейся бездне вопреки

Любовь гиганток здесь мы повстречали

И время здесь распалось на куски


29, 30, 31 октября; 4 ноября; 28 декабря 2003 года

Тель-Авив

№ 691



Ваш отзыв

*

  • Облако меток