Издается в Израиле (Тель-Авив) ● Главный редактор: Ирина Врубель-Голубкина ● E-mail: exprocom@gmail.com

Автор: , 05 мая 2011

СТИХИ


Михаил  Гробман

СТИХИ 60-Х

ОСЕНЬ 1961 ГОДА

1.

За ежиную жизнь телогрейки,

За свинцовую душу белил,

За обрывок веревки на рейке,

Проникает — он траурно жил.

2.

Вот любимая подлинность года —

Осыпаются небеса,

День задолго ушел до захода,

Это шутки святого народа

Или белые чудеса.

3.

Снова смерть золотых великанов

Голубиная неба тоска.

Наконец, интроспекцией канув,

Удается заснуть, заарканив

Только мысли и числа песка.

4.

Чье-то девочка счастье искала,

Шла по спинкам кроватей пока,

На краю одного одеяла

Не наткнулась на горстку песка.

5.

Оставайся в природной обложке,

Образумиться каждый бы рад,

Безголовка, безручка, безножка,

Ты захочешь вернуться назад.

6.

Сколько траурных слов и знакомых

В биографии каждого дня —

Неужели ж печальный закон их

Словно осень минует меня?

7.

И тогда золотых великанов

Прорастет голубая тоска —

Необычных оставит чеканов

Только мысли и числа песка.


11, 23 сентября 1961 года

Москва, Текстильщики

№247

* * *


Серебристые крылья плывут в золотой глубине,

Наполняются небом зеленые стрелы растений,

И, едва уловима, ты кажешься призрачной мне

В этом царстве любви и июльской полуденной лени.


О, двойная душа, ты трепещешь на крыльях стрекоз,

Ты на чистых губах, как подобье двойного дыханья,

Ты нездешних очей необъятный густой купорос.

Два большие крыла упокоят тебя в Ханаане,


Свет взойдет над тобою — лучистое бремя огня,

И ливанские кедры замкнутся покорно и тихо,

И большие животные, клювом и когтем звеня,

Словно жертву положат седое созвездье Волчихи.


И Адам, как растенье, возникнет из охры сырой,

И по легкой волне Средиземного легкого моря

Ты помчишься за ним, за растеньем, за птицей, за мной

Это счастье твое, это вечное светлое горе.


4, 20 июля 1966 года

Москва, Текстильщики

№339


* * *

В светлой зале золотой

Черный лебедь выю вскинул,

Он в покое залы той

Поднял клюв и выгнул спину,


Он раскрыл свое крыло

В белом мраке Петербурга,

Смотрит в невское стекло,

Кличет медленного друга.


Но над северной землей

Застывает звук печальный,

Над прекрасною землей

Звон и холод погребальный.


Над водой клубится мгла,

В сердце стынет кровь живая

Только царская игла

Поднимается играя…


На краю родной земли,

У балтийского предела

Смерти ласковой внемли

Птица-воин, птица-дева.


10,14 мая 1967 года

Ленинград

№343


* * *

В белой раковине реки

Стынут сонные рыбы —

Глаз их выпученные фонарики

Нам в дороге светить могли бы.


Вдоль застывшей воды и тверди,

Вдоль осеннего тлена,

Побрели б мы в снегу по колена

В гости к смерти.


В тьму дорог упирая бельма

Глаз застывших,

Мы пошли бы путем корабельным

Рыб отживших.


И пройдя ледяного рая

Кристаллические двери,

Мы б увидели как, умирая,

Корчатся наши тени.


17 ноября 1968 года

На Оке под Тарусой

№349


* * *

В больших гробах тела растений

Еще хранят живую смерть —

Тот запах множественных тлений

С лица земли нельзя стереть.


Над краем неба и пустыни,

Под жестким саваном тоски,

Воспоминаньями пустыми —

Травинки, листья, лепестки.


Горит их мертвое дыханье

Неуловимо и тепло —

Их душ святое колыханье,

Их мыслей светлое стекло.


Чрез эти призрачные ночи,

С неутоленною тоской,

Собранье их воскреснуть хочет

И возвратиться в мир земной.


Так вновь и вновь родные тени

Нас посещают и томят,

И превозмогши цепь забвений

О прошлом мире говорят.


И вдруг в угаре узнаванья,

В угаре боли и беды,

В своем замедленном сознаньи

Мы видим Божии следы.


19, 20 ноября 1968 года

На Оке под Тарусой

№352



Ваш отзыв

*

  • Облако меток