Издается в Израиле (Тель-Авив) ● Главный редактор: Ирина Врубель-Голубкина ● E-mail: exprocom@gmail.com

Журнал

Журнал адресован читателям, которых интересует развитие российской культуры от Второго русского авангарда до современных нам достижений в областях прозы, поэзии, эссеистики и изобразительных искусств.

Журнал не ставит перед собой литературоведческих или исторических задач, в центре его внимания – живая ткань существующей сегодня литературы во всех ее новых аспектах.
Журнал свободен от распространенных идейных или эстетических понятий, в нем публикуются редкие свидетельства русской авангардной культуры ХХ века, актуальные для сегодняшнего литературного пространства.

Журнал выпускается «Еврейско-русским художественным центром» (Тель-Авив, Израиль) при содействии:

Периодичность: два раза в год. Главный редактор: Ирина Врубель-Голубкина Члены редколлегии: Ирина ГольдштейнМихаил ГробманЛёля Кантор-КазовскаяГлеб МоревВадим РоссманЯков Шаус, Наиля Ямакова . Ответственный секретарь: Илья Любарский. Адрес редакции: Тель-Авив, Симтат Нес-Циона, 3. Тел.: +972-3-5172920 E-mail: exprocom@gmail.com
Все номера журнала «Зеркало» представлены также на сайте «Журнальный зал»
Уважаемые авторы! Присланные рукописи не рецензируются. Редакция не имеет возможности вступать в переписку по поводу их публикации, а только извещает авторов, чьи рукописи ее заинтересовали, о своем решении.

Если вы хотите приобрести «бумажную» или PDF-версию журнала (нового или архивного),

обращайтесь в редакцию по адресу exprocom@gmail.com и мы с удовольствием выполним вашу просьбу

Последние номера журнала «Зеркало» теперь можно приобрести в магазине «Бабель» (בבל) по адресу: Тель-Авив, ул. Йона ха-Нави, 46


 ВЫШЕЛ В СВЕТ 52-Й НОМЕР ЖУРНАЛА «ЗЕРКАЛО»

СТ И Х И

Подборки стихотворений Анны Глазовой «Дневник Румпельштильцхена»и Николая Старообрядцева «Карликовый пудель в Древнем Риме»

(Такая тишина,

что можно отупеть

Лучше говорить

Или песни петь

Или заорать

Хлопнуть по столу

Кулаком как следует

На столе — на скатерти

Станцевать ногами

Всю разбить посуду

Растоптать сапогами

На пол нагадить

На обои наплевать

Ну и ладно, иногда

Можно себе позволить

Некое чудачество,

Так сказать);

 

а также поэма «7683-к» написанная двумя поэтами: Дарьей Ивановской и Сергеем Шабуцким

 («Значит так. Был у тебя праправнук.

А ему, значит, не было равных.

Первый разведчик на весь космонатый флот.

Бывало планету найдет, прилетит, на ветру постоит, из речки попьет, травинку надкусит

и скажет: фигня, колонизируйте без меня.

А то: ничего, сойдет

… … …»)

 

Н О В А Я  П Р О З А

 Дмитрий Бавильский. Красная точка (главы из романа)

Герои этого повествования – дети, но содержание этих глав отнюдь не детское — речь о «набухании времени» перед тем рывком, который СССР, а потом Россия сделали в 80-90-х годах; в романе Бавильского самые первые признаки надвигающей смены эпох даются в восприятии – всегда обостренно-чутком — подростка. От автора: «Истоки нынешнего безвременья находятся именно там, в историческом периоде, который так и не торопится закончиться вместе с обрушением СССР. И для того, чтобы понять, что с нами происходит сегодня, следует вновь оказаться в советском «тогда», чем «Красная точка» и занимается, имитируя работу машины времени»

Маргарита Меклина. Остров Пасхи

Короткая повесть о смерти как способе бегства — бегства отца повествовательницы в последнюю свободу от ближних, любовь которых почти не отличается от ненависти – «Мать всегда принижала отца и в доме он стал незначимым, незаметным, бесцветным; все вопросы в доме решались исключительно ею. Именно поэтому его возвышение, его вознесение после смерти, вос-становление его текста являлись попыткой воздать ему должное и его оживить. Я замыслила грандиозный проект. Каждая глава, описание жизни, его зеленоватых глаз, его всегда худощавой, собранной, какой-то акробатически ловкой, но за десять лет до смерти расплывшейся и неаккуратной фигуры, возвращало отцу Себя».

Даниил Лебедев. Преображенский полк

Абсолютно сегодняшнее и при этом традиционное для русской (и мировой) литературы произведение, главная тема которого  любовь, — любовь почти «безумная», любовь, воскрешающая «культ прекрасной дамы», любвь, которая по ночам окружает героя «пылающей бездной», но при всем при том текст написан чувствованием нашей нынешней жизни, и надо сказать, что наступившие времена нисколько «не роняют» само это чувство.

 

А К Ц Е Н Т

Юрий Лейдерман. Путешествие по равнине

Монолог художника и писателя, представляющий лирико-философское повествование о слове/понятии «родина», одном из самых употребительных, самых как бы затертых и при этом в смысловом наполнении остающемся бездонным – «Мы все учились у Миро. В том числе он научил нас любить родину. Ну меня, во всяком случае… Я несколько раз пытался объяснить это в своих текстах – как Миро научил меня любить родину… Рембо и Лотреамон… Сюрреалисты, которые единственные настаивали в двадцатом веке, что поэзия – это всегда революция-родина. Итака-Ветка. Режим света и тени. Лист, листок…»

Евгений Штейнер. Размык, еще размык

Неспешное чтение дневниковой прозы Евгения Штейнера, интеллектуала-востоковеда и космополита «по жизни» и по эстетике, – это возможность провести полтора-два часа в компании действительно знающего и не боящегося думать человека. Цитата: «Ох уж эти артефакты… Ох уж это искусство мутантов советской системы, Arte povera живущих на зоне, уже не убивающей, но деформирующей. Бедные листочки и тряпочки, самодельные коробочки с трубочками и прихотливыми названиями… Издевательские вариации на темы советских лозунгов… Обхохотаться можно. Щемящее, ностальгическое и неловкое чувство – как стыдновато-неловко слушать ныне большую часть песен КСП. И да – концептуальная ирония по прошествии 30-50 лет выглядит ничуть не тоньше и не ближе романтики походов и костров. (А ведь, пожалуй, «Поездки за город» и были интеллектуально-акционной антитезой таких походов.) Время было, хоть и прекрасное (мы были молоды), но в общем дерьмовое – и это искусство было вишенкой на говенной куче».

 

СОВРЕМЕННЫЕ ЗАПИСКИ

Валентин Хромов. Вулкан Парнас

Продолжение мемуарной прозы одного из самых ярких представителей Второго русского авангарда в поэзии; на этот раз даются портреты трех друзей художников Александра Харитонова, Дмитрия Плавинского, Анатолия Зверева, – портреты далекие от уже закрепившихся шаблонных представлений об этих авангардистах (скажем, Хромов с легкой иронией относится к образу Зверева как бомжеватого алкаша-гения, на самом деле, пишет он, Зверев был человеком ценившем, например, чистоту и порядок в своей квартире, и с деньгами обращавшийся не в пример своим друзьям очень даже расчетливо и т. д.). Ну а образ Москвы 50-х, создаваемый Хромовым, для нынешнего читателя может показаться не просто колоритным, но и абсолютно незнакомым: с двухэтажными троллейбусами на улице Горького, с грузовыми трамваями, и одновременно, —  с остатками еще сохранившейся, своей собственной жизни Новодевичьего монастыря с еще совсем свежей могилой насельника монастыря старинного русского писателя Бориса Садовского и так далее, и так далее. Но самое поразительное здесь – это воспроизведение стиля жизни, воспроизведение самого духа города тех лет, бесконечно далекого от трафаретных представлений о жизни в 50-е годы            .

Леонид Гиршович. Дача вредных советов

Среди вредных советов, которые Гиршович дает своему читателю: не учите детей играть на виолончели или на скрипке. И вообще, не настаиваете на «омузыкальности» ваших чад, поскольку просвещение, культура с одной стороны и музыка с другой отнюдь не находятся в гармонии, и потому оставим музыку мещанам, вместе с семечками и певчими в церкви. Звучит парадоксально? Да, разумеется. Особенно из уст профессионального музыканта? Но сосредоточьтесь на его тексте, и вы увидите в рассуждениях автора строгую логику, и логику именно музыканта 

Валентин Воробьев. Из времени первых

Новый очерк Валентина Воробьева, художника и писателя, участника Второго русского авангарда, человека абсолютно независимых взглядов и, соответственно, в творчестве своем далекого от «политкорректности»: «Сразу предупреждаю, это не научная статья, а набросок о моих встречах с людьми искусства, современниками, далекими и близкими по духу, кое-что о прошлом, освещенном временем. В конце 80-х, в так называемую перестройку, на западном рынке появился ряд имен, совершенно не известных мировому культурному обществу. Вылазка Сотбиса в 1988 году ошеломила советский изофронт. …Штейнберг, Брускин, Чуйков, Слепышев. Эти люди не числились в списках советских художников и не висели в Третьяковке, не говоря уже о народных музеях Пензы или Краснодара. Но я их знал, это были люди дна, а я был оттуда. Никому не известные проходимцы гребли валюту лопатой».


ВЫШЕЛ В СВЕТ 51-й НОМЕР ЖУРНАЛА «ЗЕРКАЛО»

С Т И Х И

Подборки стихотворений Арсений Ровинского, Александра Скидана, Евгения Сошкина,

Ивана Белецкого

«Вот дети, которые близко к смерти.

Вот заросли, на фоне которых играют они.

Каштан — уютное дерево, береза – страшное дерево,

но это другие деревья видно в школьном окне.

Зелено как нарисовано, шумно как лето.

Беготня на пропповском краю света.

Пахнет краской безвременья от турников …»

 

АНТОЛОГИЯ ИЗРАИЛЬСКОЙ ПРОЗЫ

Ханох Левин. Царица Ваннская

Абсурдистское повествование классика израильской драматургии, написанное в жанре «драматургической новеллы», ­–  модель мира, составленная из членов небольшой семьи и стиля их взаимоотношений, более чем парадоксальных, если подходить с нормативными представлениями, которые как раз и подвергаются у Левина переосмыслению.

 

Н О В А Я  П Р О З А

Николай Боков. Цесарка и Сартр

Цесарка — птица, которая готовится в кастрюле, и Сартр — знаменитый философ Сартр, которого провозят (в гробу) за окном парижской квартиры повествователя —  как и в чем они могут сочетаться, в какой ипостаси они способны выстраивать образный ряд? – философский этюд постоянного автора «Зеркала» на темы сопряжения «быта» и «бытия» и закономерностей этих сопряжений.

Алексей Цветков. Просто голос

Проза поэта, который с помощью потока создаваемой им речи пытается воспользоваться исконным преимуществом творца: «Проснуться без обиняков и оговорок, оказаться собой, совпасть – вот наше первое преимущество». В данном случае – «проснуться», раздвинув «веки римского школяра» античных, но уже после Катулла, времен, и, «проснувшись», полностью «совпасть» со своим героем, подростком, одержимым поэзией. То есть «оказаться собой» в изображаемом времени, в великом городе, осознававшим себя через поэтов и поэзию, и слушать свой голос оттуда — вот один из вариантов прочтения лирико-философской прозы, написанной Цветковым в жанре прозаической поэмы (в данном случае – в жанре авторском).

Процесс «пробуждения», изображаемый во вступлении к собственно повествованию, уподоблен здесь рассвету: «Вначале ночь невелика, потому что внутри она пуста и бездыханна; если что и существует местами – северный ветер, куст шиповника, осипшая за сумерки собака – то лишь вкрадчиво, почти прозрачно, чтобы не мешать отсутствию всего остального. Просто серебряная паутина в остром стыке трех плоскостей, но дальше они теряются и редеют, тьма всюду самотождественна, и размечать ее бесполезно – она проницает или вязнет, где свету, когда он жив, дано упереться. Но вот пустота раздвигается, исподволь настает время, хотя неизвестно, из чего оно выбирает веху отсчета; серебро по тонкой вертикали проливается наземь, на розовые саженцы зари. …» 

Владимир Никитин. Платформа «Счастье» 

Тот нечастый случай, когда достоверно и жестко воспроизводимая «технология жизни» становится искусством – повествование о юристе, некогда преуспевавшем, но оказавшемся в бездонной, по сути, «долговой яме» и пытающемся перебороть судьбу. Речь о сегодняшней России и тех вариантах социального дна, которые сложились сегодня. Психологическая и бытовая точность рисунка отнюдь не предполагает в данном случае выпрямленности образов и одномерности авторской мысли, отнюдь, – реалистичность социально-психологической проработки сюжета делает убедительной подсознательную сориентированность текста на жанр притчи.

Иван Васильев. Горчаков в городах

Внешний сюжет рассказа (точнее – обозначение обстоятельств): герой рассказа приезжает в город своего детства, где он с первых же минут окружен друзьями –  к накрытому столу его везут прямо с вокзала; и сюжет внутренний: жизнь героя как бы «в своем городе», заставляющая его искать ответ на вопрос, а почему, собственно, этот город «твой», и из чего вообще состоят наши внутренние связи с «нашими» местами и «нашими  временами».

Дмитрий Вельяминов. Запрети меня

Сегодняшний вариант «молодежной» или «исповедальной» прозы, только написанный не авторами журнала «Юность» начала 60-х годов, а автором, как и у его героя, 1988 года рождения, то есть родившимся совсем в другие времена и совсем в другой России, чем у Аксенова или Гладилина, и, соответственно у него – как свидетельствует повествование Вельяминова, оформленного в виде репортажа-монолога —  была совсем другая юность: с наркотиками, ставшими повседневным бытом, и с сексуальной раскованностью; с своей, припаркованной у дома Honda «Giorno»  и привычкой к утреннему приему  «Гиннеса» в ближайшем баре; с умением налаживать отношения в полукриминальной среде своего района и ориентироваться в действиях медицинского персонала приемного покоя, где он окажется после передозировки; с жесткостью полицейских методов воздействия на несговорчивых «клиентах» полицейского отделения и так далее; ну и здесь же – попытка героя понять и объяснить хотя бы с самому себе, почему «такая жизнь вокруг нас».

 

НЕБЕСНАЯ КОЛОНИЯ

Павел Зальцман. Средняя Азия. Рассказы и сказки 

Журнал продолжает знакомить читателя с творческим наследием Павла Яковлевича Зальцмана (1912–1985), одного из самых замечательных прозаиков русской литературы прошлого века, но, увы, современникам известного почти исключительно в качестве художника. На этот раз два «восточных» рассказа, соединяющих в себе энергетику древнего восточного сказания с  культурной изощренностью ХХ века (ну, скажем, публикуемый рассказ «Тегин-пучук» неизбежно вызовет воспоминание о прозе Борхеса, оставаясь при этом прозой именно Зальцмана и никого другого).

 

ЗВЕНЬЯ

Димитрий Сегал. Андрей Белый в контексте двадцатых годов ХХ века (окончание)

Вторая часть статьи, а по сути, мини-монографии об Андрее Белом, романы которого рассматриваются в статье как, возможно, самое яркое проявление в русской литературе феномена «теургического мышления», ставшего одним из естественных итогов развития традиции русского «большого романа», «романа идей». Концепция романов «Петербург» и «Москва» анализируется автором как в контексте личных обстоятельства жизни и творчества Белого, так и в контексте идейных исканий эпохи. Сегалу в этой работе удается сочетать сугубо научный подход к своему материалу с ориентацией на стилистику свободного эссе.

Евгений Деменок. Новое о Василиске Гнедове

Эссе о Василии Ивановиче Гнедове (1890–1978) — «Василиск Гнедов остается одним из немногих поэтов первого ряда русского и украинского авангарда, чья биография до сих пор содержит немало лакун, белых пятен, а поэтическое наследие опубликовано лишь частично. Между тем его имя было широко известно во втором десятилетии прошлого века, причем отнюдь не только в литературных кругах. Существует мнение, что его «Поэма конца» оказала влияние на Казимира Малевича, а «Черный квадрат» – повторение этой идеи с использованием средств живописи. Да-да, именно Гнедов, а не Цветаева был автором первой «Поэмы конца» …».


 

 

 

ПАМЯТИ ВЕЛИКОГО ЧЕЛОВЕКА

Скончался Вячеслав Всеволодович Иванов – человек-эпоха, человек, сделавший историю, человек, сотворивший знание. Основной его чертой, помимо умения создавать и передавать знание в дотоле невиданных масштабах, была его совершенно стихийная, огромная любовь к молодежи, умение привлекать к себе самых любопытных, самых талантливых, самых работоспособных и блестящих людей – школьников, студентов, аспирантов, молодых исследователей и исследователей с именем, соратников, среди которых первое место принадлежало его другу и соавтору Владимиру Николаевичу Топорову. Вячеслав Всеволодович сам единолично сотворил целую новую науку – семиотику, науку о знаках, обосновал ее, развил и упрочил ее положения и достижения, и все это в десятках и сотнях книг и статей, которые и теперь читаются, не переводя дыхание, как поистине захватывающие произведения, – теперь, иногда десятилетия после того, как они впервые были обнародованы.

(далее)

 

 

Разговоры в «Зеркале»

9

19 октября в тель-авивском книжном магазине «Бабель» состоялся вечер, посвященный выходу 47-го номера журнала «ЗЕРКАЛО».

В вечере приняли участие главный редактор журнала Ирина Врубель-Голубкина, художник и поэт Михаил Гробман, поэт Леонид Шваб, литературный критик и эссеист Сергей Костырко, художник и писатель Валерий Айзенберг, писатель и совладелец магазина «Бабель» Евгений Коган (видео).


 


 

«Разговоры в зеркале». Вечер Ирины Врубель-Голубкиной в книжном магазине «Бабель» (Тель-Авив)


 


Журнал «Знамя»  (№10, 2015) опубликовал рецензию на книгу Ирины Врубель-Голубкиной «Разговоры в зеркале»

* * *

На сайте Полит.Ру опубликована рецензия Михаила Юдсона на «Зеркало» №№43, 44

* * *

В Тель-Авиве прошел вечер презентации книги стихов Михаила Гробмана «Свобода приходит нагая»


Вышла в свет книга нашего автора Алексея Смирнова (фон Рауха) «Полное и окончательное безобразие. Мемуары. Эссе» — совместный проект журнала «Зеркало» и издательства «Кабинетный ученый» (Екатеринбург)

smirnov-cover-5-20-нояб-2014-1600

Составители сборника – главный редактор журнала «Зеркало» Ирина Врубель-Голубкина и поэт и художник Михаил Гробман.

 Книга содержит мемуары и эссеистику Алексея Смирнова (1937–2009), московского художника, иконописца, писателя и публициста, участника Второго русского авангарда.

Яков Шаус: Совесть, рождающая ярость

Рецензия: НОВЫЙ МИР №25, май 2015 г.

THE ART NEWSPAPER RUSSIA

Отзывы о книге

Читать все тексты А.Смирнова, опубликованные в журнале «Зеркало»


Cover

В московском издательстве «Новое литературное обозрение» вышла книга главного редактора журнала «Зеркало» Ирины Врубель-Голубкиной «Разговоры в зеркале».

Каждые две недели литературный критик Лев Данилкин выбирает для сайта «АФИША-ВОЗДУХ» самые интересные издания из только что вышедших. Вот что он пишет о книге:

«Коллекция замечательных интервью, взятых главным редактором израильского журнала «Зеркало» у людей, имеющих отношение к русскому авангарду — первому и второму. Здесь есть поразительная — очень известная, классика жанра — беседа с Николаем Харджиевым, филологом, коллекционером, собеседником Малевича и Татлина, Ахматовой и Мандельштама, Хармса и Шварца («Евгений Львович был дурак, пошлятина, буржуазный господин. Я вам расскажу про него историю»), состоявшаяся за несколько лет до его загадочной смерти. Крайне любопытные — с Эммой Герштейн, с Сашей Соколовым, Павлом Пепперштейном и Ильей Кабаковым. По сути, «Разговоры» — живая история русского авангарда, от Малевича до Пепперштейна; книга, правда, выиграла бы, если б ее несколько подсократили; одно дело узнавать у Харджиева, что думал Мандельштам о стихах Набокова, и другое — разбираться в нюансах социальной и культурной идентификации репатриантов последней волны: калибр тем другой» (перейти на сайт)

Сайт «Buro 24/7» назвал книгу «Разговоры в зеркале» в числе десяти лучших книг октября (перейти на сайт)

Журнал «Знамя» (№10, 2015) — рецензия Натальи Ивановой на книгу «Разговоры в зеркале»

Истоки и истуканы русского авнгарда (Свободная пресса)

Рецензия «Частного корреспондента» на книгу «Разговоры в зеркале»

Рецензия «Независимого аналитического сайта» на книгу «Разговоры в зеркале»

«Мы — люди неправильных жестов». Ирина Врубель-Голубкина и Михаил Гробман о книге «Разговоры в зеркале» (Colta.ru)

Истоки и истуканы русского авангарда. Игорь Бондарь-Терещенко о книге Ирина Врубель-Голубкиной «Разговоры в зеркале» (Свеободная пресса)

Литературный обзор. осень 2014 (Homo legens)

Отклики в «Живом журнале»

«Сигма»


Обложка книги с фрагментом работы Валерия Айзенберга 1990 года

Книга нашего автора Валерия Айзенберга КВАРТИРАНТ вошла в список номинантов премии НОС.

Сокращенная версия книги была напечатана в №30 нашего журнала за 2007 год. На обложке — фрагмент работы Валерия Айзенберга 1990 года


Мандельштам обл.

Книга нашего автора Наума Ваймана «Шатры страха» вошла в шорт-лист премии Андрея Белого 


Kuri4kin

 

9 октября 2014 г. на 77 году жизни скончался русский художник, один из деятелей Второго русского авангарда Эдуард Курочкин.


ИГОРЬ ХОЛИН ВПЕРВЫЕ НА ИВРИТЕ

В израильском журнале «Мегафон» вышла поэма Игоря Холина «Почтовый ящик» в переводе Цви Миркина.

Оригинал на русском языке можно прочитать здесь.


В 2013 году в издательстве Новое литературное обозрение вышла книга автора нашего журнала Валентина Воробьева «Леваки». С критикой на нее в «Независимой газете» можно ознакомиться здесь.


12 декабря в Московском Музее современного искусства состоялось открытие выставки Михаила Гробмана

Reklama

Фотографии и пресса здесь


НОВАЯ СТРАНИЦА

Хотя «Зеркало» является литературно-художественным журналом, редакция получает много материалов с описанием различных судеб людей нашего печального времени.

Так родилась идея новой страницы нашего сайта: «СУДЬБЫ», которая возьмет на себя труд неподсильный и неправильный в рамках нашего издания. Отныне наши читатели получат возможность знакомиться с судьбами людей, описанными языком, свободным от литературных рамок и грамматических обязанностей. Это будут свидетельства нашей жизни, и тот, кто захочет, сможет обратить тексты в стиль, стиль в трагедию и — обратно в нашу жизнь.

* * *

Традиции выпуска «авторского фарфора в России берет начало в 20-х годах прошлого века, когда Государственный фарфоровый завод в Петрограде впервые выпустил уникальные тарелки, созданные по эскизам Малевича, Кандинского, Петрова-Водкина. Много позже к авторскому фарфору обратились художники-шестидесятники. Коллекционерам хорошо известны тарелки и фарфоровые скульптуры, разработанные Штейнбергом, Целковым, Янкилевским, Пивоваровым, Рабиным, Кабаковым, Мастерковой, Немухиным, Вулохом. Традицию выпуска авторского фарфора продолжают и многие современные российские художники. Недавно вышла серия фарфора Михаила Гробмана «ПЕРЕЛЕТНЫЕ ПТИЦЫ».


У автора нашего журнала Наума Ваймана вышла новая книга «Черное солнце Мандельштама».

На сайте интернет-магазина ОЗОН вы можете ознакомиться с другими книгами Наума Ваймана.

* * *

Егор Альтман. О Михаиле Гробмане и второй волне русского авангарда

* * *

В РАЗДЕЛ ИЗБРАННОЕ (1993-1995) ДОБАВЛЕНЫ НОВЫЕ ПУБЛИКАЦИИ:

Аарон Апельфельд. Литература — это прежде всего содержание

Борис Бродский. Золотое дно

Исраэль Элираз. Это не конец света

Меир Фейгенберг. Лева и Хабибула

Лев Фейгенберг. Амулет Хабибулы

Марина Генкина. Азбука коллекционера

Лев Меламид. Бегство в Иерусалим

Валерий Мерлин. Ярмо богов и крестная ноша: две формулы искупления

Ицхак Орпаз. Улица таможни

Алексей Парщиков. Термен

Александр Сыркин. Нескончаемое «Дело Вагнера» и некоторые попутные замечания

Биньямин Тамуз. Поездка в Хайфу

Владимир Тарасов. Россыпь

Рафи Вайхерт. Пасифая

Князь Сергей Михайлович Волконский. «Родич против родича»

Валентин Воробьев. Артклошинтерн

Павел Зальцман. Рассказы

  • Облако меток